\

От грозной армии осталась лишь небольшая кучка спешенных всадников, сгрудившихся под золотыми крыльями остландского грифона и не попавших под обстрел исключительно по воле стрелявших.

— Ваша светлость, големы, — осторожно напомнили Дипольду. — Прикажете отступать?

— Нет! — вскинулся Дипольд.

Такого приказа от него не дождутся. Отступать просто так он не станет. И другим не позволит. Отступить они всегда успеют. Но бежать сразу, даже не приняв боя, Дипольд Славный не станет. Сегодня он лишился войска. Так пусть и Альфред Оберландский понесет потери. Пусть хотя бы один из спускающихся по склону механических рыцарей не вернется обратно в замок.

Боум-ш-джз-з-зь! Боум-ш-джз-з-зь!

Зловещий лязг, знакомый еще по нидербургскому ристалищу, быстро приближался. Тяжелая поступь стальных ног сотрясала землю. Пять громадных фигур двигались меж разбитых обозных повозок, перешагивая через искореженные бомбардные стволы, рассыпанные каменные ядра, трупы людей и тягловой скотины.

Големы направлялись к остландскому штандарту, големы шли к последнему уцелевшему отряду противника. За Дипольдом Славным, которого оставили в живых оберландские бомбардиры, шли големы.

Из арбалета можно было бить. Механические рыцари уже достаточно близко. И еще… еще ближе — с каждой секундой. С каждым «Боум-ш-джз-з-зь! Боум-ш-джз-з-зь!» шагом.

Да, битва проиграна — чего уж там! Но эта схватка… ее исход еще не ясен, не предрешен. Дипольд ощерился. Этот бой он примет! Полдесятка ходячих железных болванов — с одной стороны.

А с другой? Пфальцграф обвел взглядом остававшихся при нем людей, прикинул… Полторы сотни отважных (не разбежались же, не покинули поле боя!) и опытных бойцов. Рыцари, оруженосцы, стрелки, ландскнехты, расположившиеся за повозками с бомбардами и между повозок, и справа, и слева от них.

Что ж, людей не так уж и мало. По три десятка человек на одного голема. Больше, чем на ристалище в Нидербурге. А еще — бомбарды. Какие-никакие, но все же… Есть чем встретить созданий Лебиуса.

— Будем драться, — тихо, но твердо сказал Дипольд. — Кто отступит — зарублю собственноручно. Стрелкам — приготовиться.

Стрелки были готовы давно. Стрелки только ждали команды. Заряженные арбалеты и ручные бомбарды, положенные на борта повозок, смотрели на цель. На пять крупных целей, которые чем ближе подходили, тем крупнее становились.

Да, пусть сначала будут болты и пули…

— Стрелять по смотровым щелям и в сочленения лат, — распорядился Дипольд. — Первый залп — арбалеты. Второй — хандканноны.

Выждал еще немного. Взмахнул мечом:

— Бе-е-ей!

Щелкнули мощные самострелы-армбрусты…

И — почти сразу же — звон металла о металл. Легкого — о тяжелый.

Но — только звон.