\

Тщательно протер рубахой нож и наспех — козлы, куда попал кровяной крап. Побрызгал из бурдюка на передок телеги, еще раз протер дерево, перепачканное красным.

Сойдет. Все равно оставшиеся пятна скоро припорошит дорожной пылью. Можно ехать дальше. А раз можно — зачем медлить? Окровавленная рубаха полетела в кусты вслед за трупом.

Дипольд набросил на голову широкий капюшон, застегнул деревянные пуговицы, тряхнул вожжами.

— Пшли!

Две неказистые худые клячи послушно потянули повозку дальше по разбитому тракту.

ГЛАВА 24

О кожевнике с перерезанным горлом гейнский пфальцграф забыл почти сразу же. Долго думать о таких никчемных людишках Дипольд Славный не привык. В голову лезли совсем другие мысли и другие воспоминания. Тяжелые, безрадостные…

Дипольд вспоминал, как чудом спасся от стальных големов. Как укрылся в лесу и благополучно ускользнул от оберландцев, подстреливших из засады коня. Как после неудачной битвы… хотя какая там битва!.. после жестокой бойни и бесславного разгрома хоронился от выступивших в ответный поход отрядов змеиного графа. Как постыдно избавился от котты с фамильным гербом. Как сбросил тяжелые латы, уместные в конной сече, но весьма обременительные, когда бежишь на своих двоих. Как оставил при себе лишь кольчугу и единственное имевшееся в его распоряжении оружие — засапожный нож. Как перебрался среди ночи через границу Верхней Марки.

И как после шарахался от вражеских разъездов, вовсю уже хозяйничавших на нидербургских землях. И как предусмотрительно старался не попадаться беженским обозам, спешившим не к городским стенам, но, наоборот, в великой панике покидавшим Нидербург. Как чувствовал себя загнанным зверем, обозленным на весь свет…

Время от времени Дипольд замечал в небе зловещие черные точки — то одинокие, то кружащие целыми стаями. Но были ли это крылатые магиерские лазутчики или обычное воронье, почуявшее поживу, разобрать он так и не смог.

На всякий случай Дипольд решил при первой же возможности сменить облик. Переодеться хотя бы… Возможность представилась на одной из объездных нидербургских дорог. Одинокий старик-инквизитор, спешивший куда-то по своим инквизиторским делам либо просто гонимый страхом из переполошенного города, наверное, так и не понял, что за зверь набросился на него сзади — из придорожной канавы.

Нож Дипольда был милосерден: жертва мучилась недолго. Это все, что он мог сделать для святого отца. Ну а то, что убиенный носил духовный сан… Что ж, Господь простит Дипольду это убийство… Господь должен простить, ибо смерть инквизитора в итоге поспособствует попранию змеиного графа-Чернокнижника и его богопротивного колдуна. Конечная цель — благая.