Кубанский огонь

Которые пьянствуют, воруют и так далее.

Сыщики попросили служивого спрятать их до рассвета, а хорошо бы еще и подкормить. Дали ему трешницу. Тот ушел и через четверть часа принес жареную курицу, каравай хлеба, шмат сала и дюжину яиц. Сверху положил двадцать копеек сдачи.

– Извиняйте, ваше высокородие. Эти нефтедобытчики вздули цены так, что не укупишь. Раньше на три рубля можно было неделю жить. А сейчас на пиво едва хватит.

– Садись за стол, Гудзь, будешь нас ориентировать, – приказал Лыков.

– Чего-сь?

– Опиши нам хутор, сколько там народу, как к нему незаметно пробраться, какие постройки внутри.

– А вы что, арестовывать будете хозяина? Вот давно пора, потому он мошенник.

– Мы уже поняли, но дело не в нем.

И питерец рассказал уряднику про опасного разбойника по прозвищу Семафор, который, вероятно, укрывается на хуторе. Гудзь воспринял новость без удивления:"

"– Я знал, там что-то не так. Ходют туда разные, живут и не прописываются. Сам Модест Ведмедко торгует носильными вещами. Где берет? Баба его недавно на телеграфе фальшивый билет пыталась разменять. Приятной наружности, семь верст в окружности… Когда ее уличили, плакать зачала, ну, телеграфист пожалел и не стал заявление писать.

– Билет в двадцать пять рублей? – заинтересовался Пришельцев.

– Так точно.

– Знакомая вещь, в Армавире их выделывают. Завтра заставишь телеграфиста написать бумагу и дашь ей ход.

– Есть!

– Теперь главный вопрос, Гудзь, – опять взял слово Алексей Николаевич. – Как нам незамеченными проникнуть на хутор и не упустить разбойника? Да еще живыми при этом остаться?

– Я с вами пойду, покажу. Там калиточка есть малая, к овину. Лучше всего через нее.

– Станет добрая, – отмахнулся Лыков. – Ты вот что. Пошли туда десятского, пусть он с лица колотится, требует впустить. А мы через калиточку проникнем и затаимся.

– С собакой-то как быть, ваше высокородие? Она ростом будто теленок.

– Меня все собаки стороной обходят, и эта хвост подожмет, вот увидишь.

Урядник с сомнением покачал головой, но спорить с начальством не решился.

В три часа утра десятский начал стучать в ворота с криком: «Модест, отворяй, тебя атаман требует! Срочно!» Лыков в это время уже прогнал собаку и впустил во двор остальных полицейских.

Все произошло очень быстро. Семафор, как оказалось, прятался в сарае. Он сиганул с крыши прямо через забор и бросился в кусты. Скорее всего, он ушел бы – вся арестная команда сбилась внутри хутора. Но, приземляясь, злодей подвернул ногу, поэтому далеко убежать не смог.