\

— Здравствуй, Кротовский, — она здоровается со мной «накоротке», как со старым знакомым, — Очень рада. Проходи.

Здороваюсь. Прохожу.

— Папенька, наконец, к нам Кротовский пожаловал, — оповещает Мила куда-то в глубину дома.

На ее оповещение через минуту выходит сам купчина. Здороваемся. Купчина как всегда деловит и сдержан. Жаль, я надеялся, что в домашней атмосфере он покажет себя более раскрепощенно.

— Мила, — слегка извиняющимся голосом говорит купчина, — Я заберу у тебя Кротовского ненадолго. Нужно кое-что обсудить.

— Куда уж деваться бедной Миле, — она кокетливо тупит глазки, — Забирай. Только чур ненадолго.

Мы с купчиной проходим в кабинет, который еще недавно был моей комнатой. Обстановка здесь полностью поменялась. Если б не знакомые обои, и не узнал бы.

— Я отношусь к вам с большим уважением, граф, — начинает Хоромников, когда мы усаживаемся в кресла, — Поэтому скажу прямо без обиняков.

Что-то мне не нравится такое начало беседы. От такого начала ничего хорошего ждать не приходится.

— Слушаю вас.

— Мне поступили сведения, что ваша фабрика имеет обязательные к исполнению контракты по линии МВД.

— Так точно, — отвечаю, — Есть такой контракт.

— А еще, — продолжает купчина, — Мне сообщили, что фабрика имеет некоторые трудности с приобретением растительных макров.

Зараза. Пронюхал как-то Хоромников о моих терках с ведомством Мышкина. Плохо… очень плохо…

— Вас, мягко говоря, дезинформировали, — отвечаю, — Буквально вчера фабрика приобрела партию макров. Работа идет в обычном режиме. Предпосылок для срыва исполнения контрактных условий нет.

Купчина на мои слова никак не реагирует. Молчит. Ну что ж насильно мил не будешь.

— Я так понимаю, мои слова вас не убедили, и вы отказываетесь от совместного предприятия.

Ну а что… если купчина думает, что я начну доказывать, уговаривать или тем паче оправдываться и вставать в позу просящего, то он ошибается. Я просто сейчас поднимусь с этого кресла и пойду искать другие варианты. Я так делал раньше, я готов так сделать и сейчас. И купчина, похоже, считывает мою решимость. Купчина понимает, что он не единственный кошелек в Питере, а торговые площади в черте красного круга пойди-ка поищи…

— Я не отказываюсь, граф, — говорит купчина ровно, — Но вы сами понимаете, я должен принимать во внимание риски. А риски по контрактам МВД — это не мелочь.

— Ну, тогда я не знаю, как развеять ваши опасения. Разве, принести вам справку из полиции, что я них на учете не состою…

— Справку не надо, — на лице Хоромникова впервые с момента встречи обозначилось подобие улыбки, — Но мне придется повременить с предприятием. Убедится, что контракт исполняется.

— Понимаю, — поднимаюсь из кресла, — Благодарю за откровенность. Поверьте, Петр Ильич, я это ценю.