\

Тот факт, что по делам службы пересекаться нам не приходилось, меня не оправдывал. Опасная беспечность.

– Он есть в отчете у Виля, – предупредила я Сэма. Данные, собранные после обработки личных дел сотрудников посольства, он еще не видел.

– Гляну утром, – кивнул Самюэль. – Не знаешь, что это такое? – склонив голову, словно это могло помочь, поинтересовался он спустя минуту.

– Надеюсь, не то, о чем я подумала, – засмеялась я, разглядывая нечто, очень похожее то ли на сплетение двух деревьев под порывами штормового ветра, то ли… Представить себе, что можно любить друг друга в подобной позе, у меня не получалось.

– Именно то, о чем ты подумала, – прочитав надпись на табличке рядом с композицией, заверил меня Сэм. – «Порочная страсть». О любви двух благородных мужчин к юной девушке. – Он посмотрел на меня… многозначительно и добавил: – Только для избранных.

– Вот как! – глубокомысленно протянула я, сдерживая улыбку. – И кто же будет определять этих избранных?

– Хочешь посетить? – поинтересовался у меня подошедший Энгин.

Вильен, узнав, что его помощь не потребуется, предпочел остаться в департаменте.

– Не уверена, – улыбаясь, качнула я головой. – Как Аннет?

– Как и договорились, – заверил он меня. – Извините…

Исчез он раньше, чем я успела что-либо сказать. Причина бегства стала понятна уже через секунду. По аллее к нам со стороны террасы шествовали граф Штудер, та самая Аннет, о которой я только что спрашивала и… маменька моего друга.

– Начинается, – чуть слышно произнес Сэм, разворачиваясь. Дождался, когда подойдут ближе и остановятся. – Ваша младшая дочь, граф, не менее прекрасна, чем Мари, – с легким оттенком восторга произнес он, медленно поднеся руку молодой особы к губам.

Та зарделась, но как-то озорно, словно точно зная цену его словам."

"А я, не упустив возможности, внимательно рассматривала девушку.

Не очень высока, стройна, но не так, чтобы уж совсем до тщедушности, скорее уж говоря о хороших физических данных. Она ничем не напоминала красавиц из султаната, но ощущение опасности от нее исходило похожее.

Все менялось, когда удавалось посмотреть в ее каре-зеленые глаза. Стремление жить ярко, насыщенно билось в них неукротимым ключом.

Что ж, Паррей-старший был прав, когда решил прибрать ее для своего ведомства. Если и таланты Аннет соответствовали его словам, то барышня была просто находкой. Поверить, что вот это – открытое и любознательное существо способно разыскивать и вскрывать самые замысловатые тайники, даже при самом богатом воображении не могло бы прийти мне в голову.